Обзор книги «Биологические и личностные основы развития цивилизации»: коренная проблема, из которой растут все остальные

Тонкая книжка, которую читают за вечер, а потом неделю переваривают. «Биологические и личностные основы развития цивилизации» Внутреннего Предиктора СССР берётся за вопрос, который школьный курс обходит одной формулой: что в человеке от биологии, что от культуры и почему это решает судьбу цивилизации.

Содержание обзора:

Что за книга и почему в ней нет глав

Формально это раздел 17 шеститомника «Основы социологии», переработанный в самостоятельный текст и тематически шире исходного раздела; подписан сентябрём 2023 года. Глав нет, и это решение, а не небрежность: делить текст не стали, «поскольку все затронутые в ней темы взаимосвязаны». Завершает книгу раздел «Комментарии и пояснения» — концевые сноски со ссылками на исследования и статистику.

Коренная проблема цивилизации

Коренная — в том смысле, что из неё произрастает большинство остальных проблем, и с её разрешением проблемы-следствия исчезают сами. Сама проблема — конфликт двух программ: человек рождается с врождённым информационно-алгоритмическим обеспечением и в культуру, которая эту программу либо разворачивает до конца, либо глушит. Исторически сложившаяся культура, по авторам, чаще во второй роли: она не надстройка над животным началом, а его оболочка и продолжение. Отсюда вывод: цивилизация, наращивающая техносферу без изменения качества людей, работает на своё самоуничтожение.

Человек биосоциальное существо: пробелы учебника

Отправная точка — конкретная страница пособия для подготовки к ЕГЭ, где биологическое и социальное разведены по двум колонкам. В «биологическое» попали кровеносная, мышечная и нервная системы — и не попали врождённые рефлексы и инстинкты, без которых животное нежизнеспособно. В «социальном» перечислены сознание, разум и свобода — но ни слова о том, что всё это формируется воспитанием, а культуры бывают разные, включая самоубийственные. Пять вопросов остаются без ответа — они и задают повестку книги:

биологическая специфика вида «Человек разумный»;
что в обществе обусловлено социокультурно;
как одно и другое должны дополнять друг друга;
в чём общество от идеала отступило;
как к нему перейти.

Главная видовая примета, по авторам, такая: у человека самая высокая в биосфере Земли кратность отношения мозга взрослого к мозгу новорождённого. Мы рождаемся на стадии, которая у прочих приматов соответствует 50–60 % срока беременности. Отсюда самый длинный период взросления и главное следствие: программа развития психики интерактивна — без нужного взаимодействия со средой она не отработает до конца. Само врождённое «обеспечение» разложено на четыре компонента: инстинкты и безусловные рефлексы, доступ к массивам родовых эгрегоров, потенциал импринтинга, потенциал освоения культуры. Первый и третий опознаваемы наукой, второй — нет, и честнее сказать об этом сразу.

Два рубежа выживания: мальчики и девочки

Если программа развития интерактивна, следующий вопрос — какого именно взаимодействия со средой она требует. Отсюда самая практичная часть книги. Различие программ развития выводится не из культуры, а из двух задач выживания: рубеж упреждения — за женщиной (почуять опасность и обойти её с детьми заранее), рубеж защиты — за мужчиной (если опасность накрыла, вывести из-под неё женщин и детей). Отсюда и мальчишеские игры с опасностями: в них вырабатывается не «дурость», а осмысленное отношение к опасности и самообладание в двух аспектах — собственного лидерства и собственного подчинения другому. Городская культура эти игры подавляет как антисоциальное поведение и равноценной замены не предлагает.

И вывод, который стоит выписать: мальчику для нормального формирования репродуктивной и эндокринной систем нужно примерно в шесть раз больше физических нагрузок, чем девочке, а девочке избыточные нагрузки сдвигают гормональный фон к мужскому типу. Отсюда требование к школе — разные курсы физкультуры, а не общий норматив.

«Врождённая мораль» и техносфера

С уровня воспитания книга поднимается на уровень вида — и здесь её центр и самый сильный аргумент, потому что он не авторский, а этологический: чем слабее вид «вооружён» от природы — зубы, когти, рога, яд, — тем слабее у него врождённые запреты внутри вида. У сильно вооружённых конфликт идёт как дуэль, поза покорности заканчивает спор, — этологи называют это «врождённым благородством». У слабо вооружённых запретов почти нет: травля одного группой, обман, отложенная месть. Человек биологически — слабо вооружённая стадно-стайная обезьяна, и мораль у него соответствующая. В дикой природе она безопасна, покалечить друг друга особи толком не могут, — но вид, построивший техносферу, слабо вооружённым быть перестаёт, а мораль остаётся прежней.

Инстинкты стадно-стайного поведения: как складывается групповая жестокость

Тот же механизм на бытовом материале — здесь книга объясняет то, что списывают на «плохое влияние улицы». Собирается компания подростков без воли и без привычки слушать совесть; внутри выявляется вожак — не обязательно самый сильный или умный, достаточно вести себя «не так, как все»; алкоголь и прочие психотропы работают катализатором; навык «подчинить, унизить, принудить» разворачивается наружу и ищет «добычу». На выходе — тяжкое преступление, которого персонально не хотел никто; армейская «дедовщина» работает на той же алгоритмике. Отсюда же объяснение, почему город преступность не изживает: высокая плотность населения биологически читается как переполнение экологической ниши, а преступность оказывается «культурной оболочкой» внутривидовой конкуренции.

Кому и зачем читать

Родителям и педагогам в первую очередь: это неудобный разговор о том, что полностью запрограммированное взрослыми безопасное детство стоит ребёнку дороже разбитых коленок. Практических опор больше, чем ждёшь: режим движения, разница в нагрузках, подготовка к зачатию, вред курения родителей, тезис о том, что добиться от ребёнка безусловного послушания есть худшее из достижений воспитателя. Тем, кто присматривается к Концепции общественной безопасности, — точка входа: терминология минимальна. Тем, кто «Основы социологии» прошёл, — способ вернуться к теме раздела 17 отдельным изданием.

И то, чем книга замыкает разговор, начатый с вопроса о судьбе цивилизации: главная субкультура любого общества, по авторам, не политическая и не экономическая, а педагогическая — как складываются пары, как происходят зачатия, как протекают беременность и роды, как дети взрослеют и чему научаются. Требования к будущим родителям из этого выводятся прямые: трезвость минимум за полгода до зачатия, порядок в питании, движение, больше времени в живой природе. Логика простая: техносферу общество наращивает быстро, а качество людей — только через это звено, и потому именно оно оказывается решающим.

Тяжело будет тому, кому нужен академический тон: авторы пишут резко, а часть утверждений (эгрегоры, биополе, телегония) наукой не признаётся — в книге это сказано открыто. Там, где опора идёт на этологию и медицинскую статистику, спорить трудно. Состав и оформление — на странице издания в каталоге «Книгодела».

Частые вопросы

Это то же самое, что раздел 17 «Основ социологии»?
Основа та же, но текст переработан и тематически шире раздела: есть шеститомник — получите знакомый материал отдельной книгой, нет — прочитаете тему целиком.

Нужно ли знать ДОТУ и терминологию КОБ?
Нет. Это одна из самых доступных работ ВП СССР: специальных терминов мало, встречающиеся объясняются по ходу.

Почему в книге нет оглавления?
Авторы отказались от деления на главы сознательно: все темы связаны между собой. Единственный выделенный раздел — «Комментарии и пояснения».

Сколько времени займёт чтение?
Сами авторы пишут, что работу можно прочитать за день. Вместе с «Комментариями и пояснениями» — два вечера.

Это книга про биологию, педагогику или социологию?
Про всё сразу: от анатомии вида к инстинктам, оттуда к воспитанию мальчиков и девочек, затем к преступности и устройству города — и уже потом к судьбе цивилизации.

Отзывов: 0 / Написать отзыв