Обзор книги «Глобализация как „гибридная война“ и миссия в ней России»: почему «highly likely» заменило доказательства

В марте 2018 года Лондон выслал 23 российских дипломата, следом — ещё шестнадцать стран Евросоюза и ряд других государств, а НАТО сократило представительство России при штаб-квартире. Основанием служило английское highly likely — «очень похоже», которое юридически не значит ничего. Записка «Глобализация как „гибридная война“ и миссия в ней России» Внутреннего Предиктора СССР — выпуск «О текущем моменте» № 2 (134), написанный 4—7 апреля 2018 года, — объясняет не сам инцидент, а правило, по которому такие эпизоды повторяются веками. Гибридная война здесь — не спецоперация, а многовековая деятельность, которую авторы возводят к тому, что называют библейским проектом глобализации. Государства в этой рамке — исполнители, и потому смена премьеров ничего не меняет.

Содержание обзора:

Правило Палмерстона: интересы вместо союзников

Первый раздел строится вокруг речи лорда Палмерстона в Палате общин 1 марта 1848 года: «…у нас нет неизменных союзников, у нас нет вечных врагов. Лишь наши интересы неизменны и вечны». Авторы считают, что по существу он не прав: не «интересы» руководят Британией, а роль в чужом проекте, которую правящий слой принял за национальную идею. Палмерстону принадлежит и фраза покороче: «Как тяжело жить, когда с Россией никто не воюет».

Мысль о том, что «национальная идея» может быть чужой миссией, принятой за свою, ВП СССР разбирал раньше, в работе «„Сад“ растёт сам?..» (2009). Гибридная война, как её описывает записка 2018 года, опирается на тот же ход рассуждения — применительно к делу Скрипалей.

Дело Скрипалей, разбор: зачем нужно недоказуемое обвинение

Сергея и Юлию Скрипаль нашли без сознания в Солсбери 4 марта 2018 года; вскоре Тереза Мэй официально обвинила в покушении Россию. Ключевое наблюдение записки — не о версии, а о процедуре: механизмы расследования инцидентов с химическим оружием, предусмотренные международным правом, были обойдены, а доказательная база свелась к формуле, которая юридически не значит ничего.

По сути Британия предъявила три пункта: незаконная разработка химического оружия вопреки Конвенции 1993 года; нарушение спецслужбами этического кодекса отношений между спецслужбами; систематическая диверсионно-террористическая деятельность на территории страны. Программу на будущее огласил Борис Джонсон: «Россия во многих отношениях сейчас это сила зла, деструктивная сила, и Великобритания должна возглавить попытки мира что-то с этим делать». Ничего нового, если помнить слова Палмерстона.

Многовековая гибридная война подтверждается, по записке, перечнем: убийство Ивана Грозного, убийство Павла I, заговор декабристов, убийство Александра III, убийство Григория Распутина — и вплоть до кураторства либеральной «общественности» наших дней. Список — иллюстрация того, что здесь называется «гибридная война»: деятельность веками «мирными средствами», которая войной официально не называется.

Дальше — неочевидный вывод: спор о доказательствах уместен, только если сторона искренне заблуждается. Если обвинение изначально недоказуемо, спор о доказательствах — участие в чужом сценарии: его задача не убедить суд, а дать западному обывателю моральное разрешение на происходящее с Россией.

Почему Запад считает Россию «империей зла»

Третий раздел открывается цитатой из газеты «Взгляд» за апрель 2018 года: американский профессор напоминает слова Джорджа Кеннана, «архитектора холодной войны»: «Проблема не столько в том, что они коммунисты, а в том, что они русские». Авторы комментируют коротко: «Всё сказано предельно откровенно» — формула «мы для них империя зла» — та же гибридная война, что и дело Скрипалей.

Здесь уместен анекдот, который в контексте записки перестаёт быть просто анекдотом. Николаю I приписывают разговор с маркизом Астольфом де Кюстином, автором книги «Россия в 1839 году»: тот удивился, узнав, что вокруг — татарин, немец, поляк, грузин, еврей, молдаванин. «А кто же здесь русские?» — «А вот все вместе они — русские», — ответил император. «Русскость» — не этнографический признак, а принадлежность к цивилизации с идеалом; измерить её «общеевропейским аршином» так же невозможно, как весь спектр народов российской истории.

Попутно достаётся аргументу «Россия — часть Европы». Тютчевское «Умом Россию не понять» (1866) читается не как поэтический жест: сам Тютчев получил образование европейского типа, аршином этим владел — и потому знал его границы. Ошибка не в аршине, а в убеждении, что им измеримо всё.

Цивилизационные идеалы России и Запада: справедливость против благополучия

Суть цивилизации определяется не бытом, который видит турист, а идеалами, которые она несёт через века, даже если реальная жизнь от них далека. Носителями идеалов названо «генетическое ядро» народа; основная масса населения в ядро не входит и может жить иначе.

Западный идеал: потребительское благополучие, частная инициатива, принцип «каждый платит за себя сам» плюс юридическая законность. Российский — «неотмирная справедливость», отсюда самоназвание-цель «Святая Русь». Справедливость не поддаётся юридической кодификации, её понимание меняется вместе с обществом; один из аспектов назван прямо — отсутствие системно организованного паразитизма, из-за чего конфликт идеалов неустраним.

Записка увязывает западный идеал с прогнозом: раз благополучие Запада достигнуто с нарушением закономерностей жизни обществ, авторов ждёт режим «Вселенная 25» — эксперимент Джона Кэлхуна с колонией мышей, где сытость при исчерпании смысла жизни привела к вырождению, а не к процветанию. Россия осознала идеалы к XIX веку и к концу XX выразила их в Концепции общественной безопасности — отсюда тезис «будущее — за нами». Это противостояние идеалов и есть, по записке, многовековая гибридная война.

Психтроцкизм и большевизм: разведение понятий

Самая неожиданная часть работы — переопределение двух слов. Троцкизм здесь не разновидность марксизма, а тип психики: конфликт между личной благонамеренностью и коллективным бессознательным, в котором она тонет. Практический признак — глухота к содержанию критики. И отсюда тезис, который многих заденет: под это определение попадает и современный буржуазный либерализм.

Большевизм разведён с партийностью так же решительно. Формально фракция возникла в 1903 году на II съезде РСДРП, но по существу это не партбилет, а стремление воплотить идеалы справедливости, включая интересы трудового большинства. В такой трактовке он существовал задолго до появления слова.

Записка прослеживает историю движения. В ноябре 1917 года к власти пришёл симбиоз большевиков и троцкистов; между ними развернулся конфликт — социализм в СССР как ширма на тирании мафии, или власть народа? К 1930 году Сталин разгромил троцкистов внутри партии. После убийства Сталина и Берии, пишет записка, к середине 1950-х СССР оказался под властью нового поколения троцкистов, сблизившихся с психтроцкистами Запада, — в этом сближении авторы видят одну из причин распада СССР в 1991 году.

Три признака возврата суверенитета

Современный период записка описывает как два течения. Открыто видимая доминанта — попытка либерально-буржуазной мафии «мирными средствами» добить русских, то есть средствами ведения того, что записка называет «гибридная война», через контроль над властью, СМИ и экономикой руками отечественных исполнителей. Параллельно идёт процесс восстановления суверенитета — три признака: слабая поддержка либерализма на выборах; рост положительного отношения к Сталину и Берии у новых поколений; ожидание, что власть продолжит дело сталинского большевизма.

Заправилам библейского проекта, заключают авторы, с этим «не знают, что и как делать»: олицетворять «мировое зло» личностью, как раньше со Сталиным, не получается — деградация Запада в режим «Вселенная 25» есть их собственное достижение, а не «происки Москвы». Конфликт психтроцкизма Запада и большевизма России — та самая гибридная война — вышел, пишет записка, на глобальный уровень.

Кому и зачем читать

Тем, кто следит за международной повесткой, гибридная война как рамка записки даёт связную картину взамен набора отдельных скандалов, и двадцать четыре страницы — объём одного вечера. Тем, кто знаком с материалами ВП СССР, это компактный пример приложения подхода к событию 2018 года — от Палмерстона и дела Скрипалей до психтроцкизма и признаков возврата суверенитета. Открыть записку «Глобализация как „гибридная война“ и миссия в ней России» Внутреннего Предиктора СССР можно на странице издания в каталоге Книгодела.

Что держать в голове: язык полемический, а часть утверждений — авторская реконструкция, а не доказанный факт. Это позиция для спора по пунктам, а не справочник.

Частые вопросы

Гибридная война — что это простыми словами?
В записке так названа не спецоперация и не термин натовских доктрин, а многовековая деятельность по подчинению обществ без объявления войны: через долг, вероучение, контроль над образованием и точечные диверсии вроде дела Скрипалей. Государства здесь — исполнители чужой миссии.

Это отдельная книга или часть сборника?
И то и другое: записка выходила самостоятельным выпуском № 2 (134) серии «О текущем моменте» и входит в сборник за 2018 год. Отдельное издание — 24 страницы.

Нужна ли подготовка по КОБ, чтобы понять текст?
Нет. «Генетическое ядро цивилизации» и «психтроцкизм» раскрываются по ходу — пригодится общее знание событий весны 2018 года.

Про что записка на самом деле — про Скрипалей?
Дело Скрипалей — один из разделов, а главная тема записки — гибридная война в целом. Основное — чем идеалы Запада и России отличаются и почему из этого следует затяжной конфликт.

Есть ли там прогноз?
Прямого прогноза нет. Есть тезис: конфликт вышел на глобальный уровень, а Запад входит в режим самоуничтожения по модели эксперимента «Вселенная 25», тогда как Россия проходит встречный процесс восстановления суверенитета.

Отзывов: 0 / Написать отзыв