Обзор книги «РАН против лженауки? — “Врачу”: исцелися сам…»: где проходит граница науки

Спор о лженауке чаще всего сводится к перечню курьёзов: гороскопы для кораблей, «торсионные» генераторы, воскрешение по фотографии. Аналитическая записка 2007 года ВП СССР начинается с такого же повода — с бюллетеня комиссии Российской академии наук, — но быстро уводит читателя туда, где спорить интереснее: что делает рассуждение научным и кто вправе проводить границу. Книга «РАН против лженауки? — “Врачу”: исцелися сам… (ТМ64)» ВП СССР — не сборник разоблачений, а разбор научной методологии и науковедения; читается она как диагностика самой академии.

Содержание обзора:

• Почему записка 2007 года звучит современно
• Повод: бюллетень «В защиту науки» и вопрос без ответа
• Критерий истины: чем наука отличается от лженауки
• Перевёрнутая пирамида наук
• Лженаука внутри РАН: психология, история, экономика
• Кибернетика, ЕС ЭВМ и управленческая ошибка
• Кому и зачем читать
• Вопросы и ответы

Почему записка 2007 года звучит современно

Потому что её предмет — не отдельные шарлатаны, а отсутствие общего критерия истины, по которому научное отличают от ненаучного. С тех пор вышло много новых бюллетеней и комиссий, а спор повторяется почти дословно: спорщики называют друг друга жуликами, но критерий истины, по которому опознают жулика, так и не сформулирован. Записка писалась по конкретному поводу — первому бюллетеню комиссии по борьбе с лженаукой, — однако её рамка шире повода. ВП СССР ставит вопрос, который обычно обходят: если критерий истины не назван, то на каком основании академия относит к лженауке целые направления, а себя считает наукой по определению? И второй, ещё менее удобный: кто проверяет проверяющего. Отсюда и формула в названии — «врачу, исцелися сам»: сначала разберись с собственной болезнью.

Повод: бюллетень «В защиту науки» и вопрос без ответа

Формально записка — рецензия на сборник, изданный в 2006 году: 182 страницы, около двадцати работ, предисловие редколлегии во главе с академиком Э. П. Кругляковым, среди авторов — физики, астрономы, техники. Примеры в бюллетене яркие и по-своему полезные: степени «под ключ», патенты на вечный двигатель, экстрасенсы в оборонном ведомстве, философы, у которых опыт наркотического опьянения приравнен к научному.

Претензия не к фактам, а к методу. Ни одна из статей не отвечает, чем в принципе наука отличается от лженауки: авторы опознают ненаучное чутьём, а не правилом. Отсюда и «тонкость» вопроса, о которой ещё в 1991 году говорил академик А. Александров на общем собрании АН СССР, а его оппонент академик Г. Месяц назвал тему тонкой. Записка объясняет эту тонкость поговорками самих учёных: «учёным можешь ты не быть, но кандидатом быть обязан» и «диссертация — пространное заявление о повышении зарплаты». Если степень стала социальным пропуском, то производство лженауки начинается не в подвале у гадалки, а в диссертационном совете.

Критерий истины: чем наука отличается от лженауки

Ответ короткий: практикой. Объективная истина существует, но результаты наблюдений объективны лишь настолько, насколько наблюдатель не исказил изучаемый процесс; всё остальное — интерпретации. Они научны, если на их основе можно вырабатывать решения с предсказуемыми последствиями и получать обещанный результат. Они лженаучны, если решений не выработать вовсе или осуществление их даёт последствия, противоположные ожидаемым. Формула «практика — критерий истины» названа в записке не знающей исключений — от естествознания до богословия.

Дальше — важный ход. Логика сама по себе ничего не доказывает: она выведет что угодно из того, что ей подложили в качестве исходного. Поэтому спор о науке без критерия истины превращается в спор авторитетов, где побеждает должность. ВП СССР добавляет второй слой, психологический: человек, читая текст, часто не порождает новых образов, а подставляет знакомые и не замечает подмены. Отсюда «понял», которое на практике рассыпается. Проверка практикой — критерий истины — вскрывает и это.

Перевёрнутая пирамида наук

Привычная иерархия — физика, химия, биология, а где-то на обочине психология и история — здесь перевёрнута. Вся культура есть продукт психической деятельности людей; значит, первая по значимости наука — психология человека, за ней обществоведение, которое обязано предложить обществу наилучший вариант организации жизни, за ними история, выявляющая причинно-следственные связи, и лишь потом естествознание с прикладными отраслями.

Отсюда организационная придирка: в структуре РАН историческая наука выведена из отделения общественных наук в историко-филологическое, и социология с историей разобщены. Философии отведена роль камертона: на нём не играют мелодий, но без него оркестр расстраивается, а фальшивый камертон делает фальшивым весь оркестр. Ошибка в истории или экономике поэтому дороже ошибки в астрофизике: она программирует остальное, включая то, как готовят инженеров.

Лженаука внутри РАН: психология, история, экономика

Разбор идёт по убыванию тяжести последствий — от психологии к естествознанию. Психологии вменяется слепота к очевидному: она не различает типы строя психики — животный, «зомби», демонический, человечный, а также скотский и опущенный в противоестественность, — и не ставит исходный вопрос о том, самодостаточен ли человек в выборке информации из потока событий. Без этого, по мысли записки, психология остаётся графоманствующей лженаукой, а её место занимают психотехнологии.

Обществоведению и истории вменяется другое: они не выявили политическую доминанту глобального исторического процесса. Здесь автор предлагает собственное чтение Библии — Второзаконие 23:19–20, Исаия 60:10–12, Матфей 5:39–40 и 7:1, — где ветхозаветная доктрина займа под рост и обещание господства прочитана как проект порабощения, а новозаветный призыл не противиться злому — как программа поведения для нижних уровней этого проекта. Это интерпретация, и разбирать её стоит как тезис, а не как приговор; но именно на ней держится вывод: академическая история охраняет доктрину от критики. Сюда же отнесены масонство как «соединительная ткань» системы и публичная лестница учёных степеней, по строению похожая на лестницу посвящений.

Экономике достаётся не за теорию, а за признания практиков. Доктор экономических наук Г. Х. Попов в 1988-м недоумевал в эфире: ресурсы есть, а «не получается то, что надо». Академик А. Г. Аганбегян в ответ на реплику «общественность привыкла верить науке» рассмеялся ведущему в лицо. А. Я. Лившиц, позже работавший в правительстве, написал, что экономика похожа на женщину: разве её поймёшь. Записка читает эти реплики как признание: рекомендации такой науки не позволяют предвидеть последствий.

Кибернетика, ЕС ЭВМ и управленческая ошибка

Самый конкретный сюжет — про отставание в вычислительной технике. Его привычно списывают на «гонения на кибернетику» конца 1940-х. ВП СССР указывает на другое событие: решение комиссии по вычислительной технике АН СССР и Госкомитета по науке и технике от 27 января 1967 года под председательством академика А. А. Дородницына, предписавшее разработчикам нового поколения ЭВМ принять архитектуру IBM-360 — «с целью возможного использования задела программ».

Итог: собственные школы не выросли, а зависимость от чужой платформы закрепилась на десятилетия. Отдельно достаётся кибернетике как таковой: книга Н. Винера 1948 года, по оценке записки, — не универсальная теория управления, а ярлык, под который академическая наука «крышевала» исследования управления, тогда как «Тектология» А. А. Богданова появилась на тридцать лет раньше и осталась невостребованной. Оценка жёсткая и спорная, но проверяемая: критерий истины снова отсылает к плодам, а не к должностям.

Кому и зачем читать

Записка адресована не любителям сенсаций. Она пригодится тем, кто спорит о том, где наука и лженаука, и устал от аргумента «так принято в научном сообществе»: здесь предлагают критерий истины для научной экспертизы, который можно применить самостоятельно. Тем, кто преподаёт и учится, — как повод пересмотреть иерархию дисциплин и место философии науки. Тем, кто читает ВП СССР и КОБ, — как компактное изложение методологической рамки и напоминание, что она применяется не только к чужим. Историкам техники будет интересен сюжет про 1967 год, а скептикам — сама попытка поставить академию под тот же суд, под которым она держит других.

Вопросы и ответы

Это сборник разоблачений экстрасенсов?
Нет. Повод — бюллетень комиссии РАН, но предмет — научная экспертиза по критерию истины, по которому отличают науку от лженауки.

Что здесь называется критерием истины?
Практика — критерий истины: научно то, на чём можно выработать решение с предсказуемым результатом и получить его.

Кому посвящена записка?
Столетию со дня рождения писателя и палеонтолога Ивана Антоновича Ефремова.

Когда и где она вышла?
Аналитическая записка «О текущем моменте» № 4 (64), 2007 год, Санкт-Петербург.

Насколько это научная работа?
Это аналитическая записка с полемическим зарядом: тезисы опираются на цитаты и документы, но поданы как позиция автора, а не как отчёт комиссии.

Спор о границе науки редко заканчивается миром: слишком часто он идёт о должностях, а не о доводах. Записка ВП СССР предлагает простой и неудобный ход — судить по плодам, применяя критерий истины, и не делать исключения ни для гадалки, ни для академика. Книга «РАН против лженауки? — “Врачу”: исцелися сам… (ТМ64)» ВП СССР — повод пройти эту лестницу сверху донизу и проверить, где именно проходит граница.