Обзор книги «В преддверии инаугурации вновь избранного президента»: откуда берутся проблемы малого и среднего бизнеса

Весной 2012 года публичный спор крутился вокруг одного слова — «легитимность». Новая Дума избрана в декабре, Путин снова возглавил государство, часть общества считает выборы нечестными и видит в этом главную беду страны. Аналитическая записка «В преддверии инаугурации вновь избранного президента: что происходит и что с этим делать?» ВП СССР предлагает отложить этот спор и посмотреть, на каком знании держится управление страной. Самый подробный раздел посвящён проблемам малого и среднего бизнеса — их авторы выводят не из жадности чиновников, а из устройства экономики и права. Ниже — разбор по разделам.

Оглавление:

О чём записка ТМ104 и когда она написана

Это выпуск № 2 (104) серии «О текущем моменте». Под текстом стоят даты: 3 апреля — 2 мая 2012 года, уточнения внесены 5 и 8 мая — последние уже после инаугурации 7 мая, и оценка инаугурационной речи попала в заключение. Записка вошла в сборник «Наказ президенту» ВП СССР. Отправная точка — критика самого понятия легитимности. Справку о типах легитимности по Веберу и другим политологам авторы называют «винегретом»: границы термина размыты, а если понимать легитимность как строгую преемственность по закону, то в России всё нелегитимно со времён если не Рюрика, то Владимира-крестителя. Признавали же всегда ту власть, что решала давящие на большинство проблемы. Отсюда два вопроса записки: какие надежды на президента заведомо иллюзорны и что делать, чтобы им не поддаться. Главная иллюзия — будто хватит заменить негодяев честными людьми: обе группы получили одно и то же экономическое образование и повторят одни и те же ошибки.

Несостоятельность экономической науки: три претензии

Раздел о «ключевой проблеме возрождения» адресует претензии сразу трём дисциплинам. Психологии — за то, что её ведущие школы сложились до учения о ноосфере Вернадского и Тейяра де Шардена или игнорируют его. Социологии — за то, что ни марксистская с её классовым подходом, ни либеральная с её культом индивидуализма не изучают взаимодействие институтов, от которого зависит судьба страны. Экономике — за то, что её рекомендации не дают обещанного результата. Критерий авторы формулируют жёстко: если кризис тянется десятилетиями и лишь меняет названия — «застой», «перестройка», «рыночные реформы», «модернизация», — значит, под видом науки процветает шарлатанство. Из этой же науки авторы потом выведут и проблемы малого и среднего бизнеса. На обращение об этом администрация Медведева в 2009 году ответила отпиской, аппарат Путина в 2011-м промолчал. Первое приложение собирает признания самих экономистов — от Леонтьева до Найэлла Фергюсона, допустившего, что экономику однажды отнесут к астрологии.

Четыре института общества и концепция возрождения

Положительная программа начинается с таблицы взаимных обязательств четырёх общественных институтов: семьи, государственности, науки и системы образования. Каждая клетка показывает, что один институт обязан давать другому: семья — людей и нравственность, образование — кадры, наука — методологию познания. Экономика в этот ряд не входит: её задача — обеспечивать работу всех четырёх. На долгих интервалах развитие определяет семья, на отрезке одного-двух поколений — государственность. Затёртый за двадцать лет термин «концепция устойчивого развития», по мысли записки, должен наполниться содержанием и стать вторым названием Концепции общественной безопасности. Два её стержня — выход из экологического кризиса и сведение к безопасному минимуму антагонизмов внутри общества. Для землепользования взята шкала греческого архитектора Доксиадиса: 40 % территории — заповедники, 0,2 % — тяжёлая промышленность. Потребности делятся на демографически обусловленные, которые предсказуемы на десятилетия вперёд и задают цели планирования, и деградационно-паразитические, производство под которые авторы относят к ошибке управления.

Планирующая система Гэлбрейта и выбор России

Самая цитируемая опора записки — книга Гэлбрейта «Экономические теории и цели общества» (1973). Американский экономист делил хозяйство США на две подсистемы. «Рыночная» — это в основном сектор малого и среднего бизнеса, чаще семейного, где фирмы действительно конкурируют. «Планирующая» — немногочисленные корпорации, которые подчинили себе цены, планируют на годы и негласно договариваются друг с другом; им нужна не максимальная прибыль, а гарантированный доход надолго. Рынок, поясняют авторы, не способен выявлять проблемы общества, ставить цели и подстраиваться под них — это работа государства. Гэлбрейт предлагал усилить рыночную систему, подчинить планирующую интересам общества и управлять обеими сразу. Авторы соглашаются, но добавляют: и корпорации несуверенны, над конъюнктурой стоит транснациональная ростовщическая корпорация. Россия в 2012 году описана как поле борьбы трёх сил: крупный бизнес тянет к модели США, госаппарат — к японско-китайской, но с холопской покорностью снизу, а над обоими — глобальный кредитор. Выход — государство, которое координирует крупных, средних и мелких производителей в русле плана развития. Ту же задачу, напоминают авторы, двадцатью годами раньше поставил Сталин в работе «Экономические проблемы социализма в СССР».

Проблемы малого и среднего бизнеса: закон по-нормальному и наоборот

Раздел 4 начинается с главного тезиса: трудности малого и среднего бизнеса — следствие управления на уровне всей экономики, потому что «финансовый климат» и конъюнктура задаются сверху. Законы двадцать лет писались по схеме «эксперты пишут, депутаты принимают, президент подписывает», а применяются двумя разными способами.

Нормальный: разобрать ситуацию, подобрать подходящие статьи, принять по ним решение, а если нормы нет — решить в русле общей политики и доработать закон.
Антинормальный: выяснить статус участников, принять удобное решение, найти статьи, которые придадут ему видимость законности, и огласить.

Второй порядок, по оценке записки, в России слишком распространён, и для малого и среднего бизнеса он особенно опасен: предприниматель для чиновника — либо объект эксплуатации, либо помеха сложившемуся в регионе порядку распределения бюджета. Кадровую политику и в аппарате, и в бизнесе авторы называют родоплеменной: решает принадлежность к клану, а не профессионализм. Борьбу с «правовым нигилизмом» объявляли и Ельцин, и Медведев, но перемен авторы не видят. Решение проблем малого и среднего бизнеса записка ищет на уровне всей страны: управленческая грамотность на основе ДОТУ для юристов, экономистов и госслужащих, законы без «юридических шумов» и отдельный кодекс о преступлениях в сфере госуправления, включая злоупотребление законодательной властью.

Структурное и бесструктурное управление: деньги и Центробанк

Структурное и бесструктурное управление — понятия ДОТУ, на которых держится экономическая часть записки. Структурное — прямые приказы «кому что делать». Бесструктурное — правила, внутри которых участники сами находят друг друга: рынок, стандарты, законы, финансы. У приказов есть предел роста, и СССР, по мысли авторов, упёрся в него, когда в 1956 году отказался от артельного сектора и стал управлять всем из одного центра. Либеральный рынок — обратная крайность. Лучший результат даёт сочетание обоих способов по схеме «предиктор-корректор». Привычное определение денег как «особого товара» с пятью функциями авторы считают устаревшим с отказом от золотого стандарта; лучшей единицей соизмерения цен они называют киловатт-час электроэнергии. Форма собственности здесь не важна. Фирмы предлагается делить не по числу работников, а по месту в межотраслевых связях; сегмент малого и среднего бизнеса выделяется тем, что работает в пределах города или региона, и ему нужен свой план счетов — шиномонтажке у дороги, шутят авторы, штатный бухгалтер ни к чему. Четвёртое приложение разбирает закон о Банке России: раз Центробанк по статье 1 действует независимо от всех ветвей власти, авторы считают, что кредитно-финансовая система не служит инструментом государственного управления, и доводят этот вывод до требования запретить кредит под процент.

Артели, два этапа перехода и оценка инаугурации

Третье приложение — справки о промысловой кооперации, которую авторы называют советским «малым бизнесом». К концу 1950-х в ней было свыше 114 тысяч мастерских и предприятий с 1,8 миллиона работников, 5,9 % промышленной продукции, до 40 % мебели; первые радиолы в СССР выпускала ленинградская артель «Прогресс-Радио». Постановление 1956 года передало артели государству к 1960-му. Войдёт ли нынешний сектор малого и среднего бизнеса в работу по переменам, зависит, по словам авторов, от него самого. Сам переход записка рисует в два этапа. Сначала — вырастить компетентный управленческий корпус и кадровый резерв: доказательно показывать ошибки либеральной экономической теории и вносить альтернативу в учебные программы. Потом, когда сложится опора в обществе, — менять Конституцию и законы. Указом «с 1 мартобря» этого не сделать. В заключении авторы ставят в пример Малайзию, которая за 1981–2003 годы стала одним из «азиатских тигров», и требуют «пробудить совесть». Инаугурационную речь 7 мая они оценивают как шоу для заграницы и отсылают к рекомендациям записки «Правдив и свободен их вещий язык…» (ТМ102) ВП СССР.

Кому и зачем читать

Читателю, знакомому с Концепцией общественной безопасности, записка даёт сжатую прикладную версию её экономики: таблицу институтов, демографически обусловленные потребности, деньги как инструмент управления — всё на материале одного политического момента. Тем, кто КОБ не знает, удобен вход через практику: предприниматель узнает себя в описании антинормального порядка, студент-экономист — в первом приложении. Тон местами резкий, а предложения вроде запрета ссудного процента авторы подают как неоспоримые — это стоит учитывать. Зато ценна связность: проблемы малого и среднего бизнеса здесь выведены из устройства всей системы, а не из чьей-то злой воли.

Частые вопросы

Это записка о Путине?
Лишь отчасти. Президент — повод: главный предмет — знания, по которым работает госаппарат, и почему смена лиц без смены этих знаний мало что меняет.

Какие проблемы малого и среднего бизнеса разбираются?
Зависимость от макроэкономического климата, законы, написанные под либерально-рыночную модель, антинормальное правоприменение и клановая кадровая политика.

Что такое структурное и бесструктурное управление простыми словами?
Первое — прямое распоряжение «кому что делать», второе — управление через правила, цены, законы и финансы, внутри которых каждый действует сам.

Нужно ли сначала читать ДОТУ?
Нет, ключевые термины пояснены в тексте и сносках, хотя знакомство с теорией управления углубит понимание.

Если хочется пройти весь ход рассуждений от легитимности до Центробанка самостоятельно, с таблицей и приложениями, — записка «В преддверии инаугурации вновь избранного президента…» ВП СССР читается как сжатый конспект экономических взглядов КОБ на весну 2012 года.

Отзывов: 0 / Написать отзыв