Обзор книги «2005 год: некоторые итоги и перспективы»: как ВП СССР проверял «Сергиевский проект» на Корфу
Оглавление:
- Десять лет спустя: зачем ВП СССР сверяет «Обзор-95» с реальностью
- Теория игр и приматология: ложный фундамент политики Запада
- Строй психики как основа праведной политики
- Как либералы 2005-го «сами изошли»
- Национал-вождизм: почему харизматичный лидер — тупиковая ветка
- «Сергиевский проект» на острове Корфу: тест на управленческую состоятельность
- КПРФ и запрещённые «нацболы»: тот же диагноз
- Кому и зачем читать
- Вопросы и ответы
Десять лет спустя: зачем ВП СССР сверяет «Обзор-95» с реальностью
В декабре 1995 года ВП СССР выпустил записку «Обзор возможных вариантов развития событий после 1995 года» с несколькими политическими сценариями для постсоветской России. Ровно через десять лет, в декабре 2005-го, вышла работа «2005 год: некоторые итоги и перспективы» ВП СССР — оценка политического проекта того самого прогноза по его фактическому исполнению, а заодно и целой серии новых политических инициатив года.
Это не ностальгия по собственной правоте. Автор прямо цитирует «Обзор-95»: предсказанное там не единственно возможное будущее, а лишь то, что реализует себя через частные концепции управления, конкурирующие в обществе, — поэтому и десять лет спустя годится не для констатации «мы же говорили», а как рабочий инструмент: одна и та же оценка политического проекта, заново применённая ко всем громким инициативам года.
Теория игр и приматология: ложный фундамент политики Запада
Прежде чем оценка политического проекта доходит до России, записка разбирает интеллектуальный фундамент, на который опирается сам Запад. Разбирается псевдодоклад, выводящий политику из теории игр и приматологии — науки об обезьянах. Логика псевдодоклада в том, что человек — это по существу говорящая обезьяна, а конфликты описываются аппаратом теории конкуренции субъектов.
ВП СССР возражает по существу предмета: теория игр — раздел математики для одних частных задач, но не универсальная теория управления развитием ситуации в целом; она в лучшем случае инструмент внутри более широкой теории, а не её замена. Мировоззрение, принимающее теорию игр и приматологию за естественнонаучную основу социологии, делает западных «интеллектуалов» заложниками доктрины, которую записка называет доктриной Второзакония-Исаии, — и это тоже оценка политического проекта, только на уровне целой цивилизации: освободиться от плена можно, лишь перестав считать себя говорящей обезьяной.
Строй психики как основа праведной политики
Второй раздел переносит вопрос с международной арены на устройство самого человека. Информационно-алгоритмическое обеспечение поведения, по модели ВП СССР, складывается из врождённых инстинктов, культурных оболочек над ними, религиозных и эгрегориальных программ и, наконец, осознанной воли — а их конкретное сочетание в психике конкретного человека и даёт один из четырёх устойчивых типов: строй психики животный, зомби, демонический или человечный.
Отсюда прямой практический вывод: оценка политического проекта в этой модели судит программу не по красоте лозунгов, а по тому, какой строй психики у её авторов и на какой строй психики в массах она рассчитана. Праведная политика — та, что явно ведёт общество к человечному строю психики, а не эксплуатирует животные инстинкты или зомбирующие автоматизмы толпы ради частных интересов конкретной группы.
Как либералы 2005-го «сами изошли»
Прогноз «Обзора-95» о судьбе либеральной буржуазно-демократической общественности проверяет та же оценка политического проекта — на живом материале декабря 2005 года — статье «Московского комсомольца» о Всероссийском демократическом конгрессе. Картина по цитатам из статьи получается красноречивая: Михаил Касьянов под случайно зазвучавшую из чьего-то телефона мелодию из «Крёстного отца» объявляет об альтернативной Общественной палате; Григорий Явлинский уверяет, что в «Яблоке» нашлось бы место всем, но не тем, у кого «нехорошая кредитная история» (прозрачный намёк в адрес Касьянова); Владимир Рыжков предлагает объединяться «с кем угодно» и тут же называет успехи союзников на выборах «хвастовством и хлестаковщиной».
Лидер СПС Никита Белых подводит итог встречи перечислением «семи смертных грехов демократии»: гордыня, старые обиды, уныние, корысть, амбиции, неверие и забвение смысла собственной борьбы. Десять лет спустя после «Обзора-95» единое либеральное движение не состоялось не потому, что его задавила власть, а потому, что внутри него, по выражению самих же участников, «нам праздновать будет уже нечего» — оценка политического проекта из 1995 года подтвердилась буквально словами тех, о ком она была сделана.
Национал-вождизм: почему харизматичный лидер — тупиковая ветка
Отдельный блок посвящён растущим в середине 2000-х национал-вождистским настроениям. Записка не отрицает: у вождистских структур есть реальная социальная база — молодёжь, которая понимает, что её будущее уже «съедено» номенклатурой и новыми собственниками, и готова, в отличие от многих оппонентов, деятельно готовиться к трудностям. Опасность в другом: если такой молодёжи не предложить иных перспектив, она способна пойти за вождём «до конца решительно и беспощадно», как это уже было в Германии 1930-х годов.
Главная системная проблема вождизма — не приход к власти, а передача власти. Пока вождь жив, полноценный преемник в системе избыточен и устраняется как потенциальный конкурент; после смерти вождя оказывается, что все способные претенденты уже выбиты друг другом, а остаются лишь подражатели. Отсюда и вывод записки: при такой оценке политического проекта ненаследственный вождизм неустойчив структурно, а не только морально, и его альтернативой пытаются сделать вождизм наследственный — монархические сценарии, которые записка разбирает следом.
«Сергиевский проект» на острове Корфу: тест на управленческую состоятельность
31 мая 2005 года Центр динамического консерватизма объявил об инициативе «Русской доктрины» — так называемого Сергиевского проекта, в разработке которого участвовало более 70 экспертов и который его инициаторы амбициозно нацелили на описание нового мировоззрения для консервативного переустройства России. В октябре 2005-го, в день рождения В.В.Путина, презентация доктрины прошла уже на греческом острове Корфу — с десантом бизнесменов, священников и журналистов.
ВП СССР даёт этому проекту ту же оценку политического проекта, что и всем остальным: есть ли у доктрины изложение теории познания и универсальной теории управления, на основе которой вообще можно строить функционально целесообразную архитектуру государственных структур, — или перед нами только декларация о благих намерениях под звучным именем Сергия Радонежского. Записка разбирает биографии нескольких известных экспертов проекта — от профессионального политолога до выпускника МВТУ им. Баумана по специальности «Автоматические системы управления» — и приходит к выводу: по своему образованию каждый из них был обязан указать на отсутствие теории управления в проекте, но не указал ни один. Рекламная кампания началась раньше, чем появился сам труд, — для записки это и есть симптом «явной неадекватности» проекта заявленным целям.
КПРФ и запрещённые «нацболы»: тот же диагноз
Левый фланг спектра получает ту же оценку политического проекта. КПРФ к 2005 году, по оценке автора, продолжает воспроизводить советскую партийную риторику без собственной теории управления, пригодной для новой эпохи, — отсюда и формулировка раздела «пока — полный отстой». Упоминается и Национал-большевистская партия («нацболы», НБП — организация, ликвидированная по решению Верховного суда РФ в 2007 году): радикальная форма протеста без содержательной управленческой альтернативы, по мысли автора, обречена на тот же исход, что и либеральный конгресс из предыдущего раздела, — «тоже сами изойдут».
Показательно, что оценка политического проекта для настолько разных сил — системной парламентской партии и уличных радикалов — у записки одинаковая: отсутствие теории управления, которая объясняла бы не только «против чего», но и «как именно» будет работать государство после победы.
Кому и зачем читать
Эта записка — не хроника ушедшего политического сезона, а пример прикладной методологии КОБ: оценка политического проекта за несколько минут вместо чтения всей его программы. Критерий один и тот же для любого десятилетия: есть ли за лозунгами теория управления, способная объяснить, как система в целом будет работать после декларируемых перемен, — или перед читателем только красиво оформленные благие намерения.
Читателю, уже знакомому с КОБ, работа даёт конкретный разбор применения ДОТУ к политическому анализу — похожий метод применён и в работе «Достаточно общая теория управления» ВП СССР, на которую записка прямо опирается. Читателю со стороны, далёкому от терминологии КОБ, интересен сам приём: применить такую же оценку политического проекта к любому громкому заявлению из собственной ленты — метод не устаревает вместе с именами участников.
Вопросы и ответы
Что такое оценка политического проекта по методу ВП СССР?
Проверка, есть ли у авторов проекта изложение теории познания и универсальной теории управления, на основе которой можно выстроить работающую архитектуру государственных структур, — или перед наблюдателем только лозунги и благие намерения без механизма их реализации.
Что такое «Сергиевский проект» и чем он закончился?
Так называемая «Русская доктрина» — инициатива Центра динамического консерватизма 2005 года с участием более 70 экспертов, представленная на острове Корфу. Записка разбирает её как пример проекта без изложения теории управления, несмотря на профессиональную квалификацию участников.
Почему записка считает национал-вождизм тупиковым?
Такая оценка политического проекта строится не на моральном суждении о харизматичных лидерах, а на структурной проблеме: при живом вожде полноценный преемник устраняется как конкурент, а после его смерти остаются только подражатели — система не способна воспроизвести себя при смене поколений.
При чём тут строй психики?
Это модель ВП СССР из четырёх устойчивых состояний психики человека — животного, зомби, демонического и человечного. Записка оценивает политические проекты по тому, на какой строй психики в массах они рассчитаны и к какому строю психики ведут общество в случае успеха.
Нужно ли помнить политический контекст 2005 года, чтобы понять записку?
Нет — имена и партии служат иллюстрацией метода, а не предметом работы. Сам тест («есть ли теория управления за лозунгами») применим к текущим политическим инициативам ничуть не хуже, чем к инициативам 2005 года.
Десятилетний прогноз, который автор сам же и перепроверяет на реальных событиях, — редкий случай честности в политической аналитике: книга «2005 год: некоторые итоги и перспективы» ВП СССР показывает метод проверки, который можно применить и к сегодняшним громким инициативам.
