Обзор книги «Принципы кадровой политики»: кто на самом деле назначает

Весной 1999 года отправили в отставку правительство Примакова, и газеты в который раз занялись вопросом, по каким критериям в стране назначают людей. Ответы сводились к числу клеточек в штатном расписании. Книга ВП СССР, вышедшая тем же летом в Петербурге, начинается ровно с этой полемики — и уходит туда, где решения принимаются на самом деле.

Содержание обзора:

Как отбирают чиновников: принцип, названный вслух

Отправной точкой авторы берут фразу академика Никиты Моисеева, сказанную за круглым столом в «Горбачёв-Фонде»: наверху может сидеть подлец, мерзавец, карьерист, но если он умный человек, ему уже очень много прощено, потому что он будет понимать, что делает нужное стране. В книге это названо основным принципом кадровой политики библейской концепции — и разобрано по частям.

Смысл разбора такой: дурак-мерзавец у власти опасен, а осторожный мерзавец удобен — он творит мерзости с оглядкой, чтобы остальным жилось спокойно. Неудобен третий тип, праведник: когда он переходит от слов к делу, его называют тираном. Дальше следует утверждение, ради которого всё и написано: в России этот принцип работать перестал, а сам факт, что его произнесли вслух, — знаковый, потому что молчаливо работающие принципы перестают работать, будучи оглашёнными.

Кто подбирает кадры во власти: схема управления в обход сознания

Центральное место книги — схема, взятая из второго тома «Мёртвой воды» в редакции 1998 года. На ней иерархия структур — аппарат главы государства, министерство, спецслужба, институт, редакция, — и лидер, который эту структуру возглавляет. Персонал делится на две категории без реверансов: «аппаратная шушера», которой «что бы ни делать, лишь бы не работать», и те, кто более или менее болеет за дело.

Из вторых выделяется несколько человек, чьё профессиональное мнение для руководителя значимо, — действительные тайные советники. Дальше цепочка выходит за пределы работы: советники вхожи в дома популярных людей, чьё мнение авторитетно для всех; у тех есть давние друзья, к которым они прислушиваются, — опекуны. А на опекунов выходят те, кого авторы называют знахарями концепции. Управление идёт по этой цепочке в обратную сторону, и номинальный руководитель не догадывается, что решение пришло извне.

Действительный тайный советник и цепочка в десять человек

Довод, на котором держится схема, приведён спокойно и проверяемо. В середине 1970-х одна из газет сообщила как курьёз: по исследованиям американских социологов, двух случайно взятых американцев соединяет цепь знакомств в среднем не более чем из десяти человек. Если цепь есть, по ней можно передавать информацию в обе стороны — а если строить такие цепи целенаправленно, звеньев будет меньше десяти и быстродействие окажется достаточным для стратегического управления.

Отдельная иллюстрация — Григорий Распутин, которого книга описывает не как проходимца при дворе, а как выразителя интересов одной из сторон в противостоянии кланов. Приведена и дата, которую редко ставят рядом: покушение на Распутина случилось 28 июня 1914 года — в тот же день, что и убийство в Сараево. По версии авторов, из-за ранения он не смог телеграммами удержать царя от вступления в войну, как удавалось двумя годами ранее.

Критерий, которого нет ни в одном резюме

Собственно кадровый вывод книги начинается там, где кончаются анкеты. Поведение человека, по авторам, определяется тем, что в нём преобладает из пяти составляющих: врождённые инстинкты, готовые нормы культуры, собственное ограниченное разумение, «интуиция вообще» — то, что всплывает из бессознательных уровней психики, — или водительство Божьим промыслом на основе всего предыдущего. Преобладание третьей и четвёртой они относят к демоническому типу, пятое называют нормой для человека. Эту иерархию они называют строем психики и настаивают, что это единая смысловая единица, а не оценка ума.

Практический смысл формулируется одной фразой: все знания, навыки, квалификация и специальности — только приданое к строю психики. Высокий профессионализм совместим с любым из типов, поэтому мастерство само по себе ещё не говорит, состоялся ли человек. Обратное, впрочем, тоже сказано прямо: отсутствие дееспособности хоть в какой-нибудь общественно значимой области говорит о человеке однозначно. Отсюда и переформулировка знаменитого лозунга: кадры действительно решают всё, но решают не те, кто занимает должности, а те, кто действует вне официальных структур.

Мозаика и калейдоскоп

Вторая половина книги отвечает на вопрос, почему толковый специалист не видит целого. Различие простое: у одного человека знания складываются в мозаику, где каждый новый факт находит своё место в общей картине; у другого — в калейдоскоп, где красивые стёклышки при каждом повороте образуют новый узор, не связанный с предыдущим. Носитель калейдоскопа может быть эрудитом и остаться неспособным к управлению, потому что у него нет устойчивой картины, в которую встраивается новое.

Девять понятий на любую задачу управления

Заключительный раздел стыкует кадровый вопрос с теорией управления через физиологию: сознание человека способно одновременно оперировать семью-девятью объектами. Значит, любой информационный поток надо разложить не более чем на девять категорий, иначе он не переадресуется бессознательным уровням психики. И оказывается, что при описании любой жизненной проблемы в терминах теории управления число одновременно употребляемых категорий девяти не превосходит:

вектор целей;
вектор состояния;
вектор ошибки управления;
полная функция управления;
совокупность концепций управления (целевых функций управления);
вектор управляющего воздействия;
структурный способ;
бесструктурный способ;
балансировочный режим либо манёвр.

Именно поэтому эта работа без первого вводного раздела вошла приложением в учебный курс СПбГУ «Достаточно общая теория управления» изданий 2000, 2003 и 2004 годов.

Кому и зачем читать

«Своим» книга нужна как связка между кадровым вопросом и понятийным аппаратом ДОТУ: здесь видно, зачем теория управления вообще понадобилась при разговоре о подборе людей. Читателю со стороны она полезнее всего первыми главами — их можно примерить к любой конторе, где решения принимает не тот, кто подписывает.

О чём стоит знать заранее: название сужает содержание. Кадровой политике в узком смысле отданы первые главы, дальше идут строй психики, мировоззрение (главы 6–10) и религиозная проблематика, а тон местами полемический и резкий, с оценками персон и социальных групп. Объём и состав издания — на странице книги.

Частые вопросы

Когда написана книга?
1999 год, Санкт-Петербург. Отправная точка текста — газетная полемика после отставки правительства Примакова.

Это книга по управлению персоналом?
Нет. Речь о том, кто и по каким основаниям расставляет людей на ключевые места в обществе; методик найма и оценки здесь нет.

Нужно ли сначала прочитать ДОТУ?
Необязательно: девять базовых понятий объясняются внутри книги.

Где ещё опубликована работа?
В Томе 6 Собрания работ, а без вводного раздела — приложением к курсу СПбГУ «Достаточно общая теория управления» изданий 2000, 2003 и 2004 годов.

Отзывов: 0 / Написать отзыв